Яна Кобзова
390  
Лекция23 мая 2013
Большая Европа: Европейские соседи или соседи ЕС
О шенгенских визах, кризисе еврозоны, отношениях Европейского Союза с Беларусью и другими странами Восточного партнерства рассказала эксперт Европейского совета по международным отношениям Яна Кобзова.

Pages

Лекция Яны Кобзовой «Большая Европа: европейские соседи или соседи ЕС» состоялась 23 мая 2013 года в рамках проекта «Европейское кафе» и Европейского межкультурного фестиваля – 2013. Яна Кобзова является координатором программы «Россия и Большая Европа» (Russia & Wider Europe Programme) Европейского совета по международным отношениям. Модератор лекции и дискуссии – директор по исследованиям ОО «Дискуссионно-аналитическое сообщество "Либеральный клуб"» Евгений Прейгерман.

Евгений Прейгерман:
В кругах тех, кто интересуется и анализирует беларусско-европейские отношения, Яна не нуждается в представлении. Тем не менее, позвольте мне представить нашего лектора. Яна является сотрудником Европейского совета по международным отношениям с офисом в Лондоне, координатором программы «Россия и Большая Европа» и занимается, в первую очередь, отношениями ЕС со странами-партнерами на Востоке. Исследовательские интересы Яны лежат в области отношений ЕС с восточными партнерами, Центральной Азией и Россией, а также в сфере демократизации постсоветского пространства в целом. Я регулярно получаю рассылку от Европейского совета по международным отношениям, и каждый раз, когда она приходит, понимаю, что, скорее всего, там будет ссылка на очередную публикацию, статью, комментарий, видео или аудиоподкаст с Яной. Она уже становится одним из главных лиц и голосов Совета. И нам очень приятно, что сегодня мы этот голос услышим.

Стоит добавить, что до того, как присоединиться к работе Европейского совета по международным отношениям, Яна работала в Словакии в Фонде «Pontis» и с 2006 по 2009 год занималась беларусскими вопросами, в том числе возглавляла программу по демократизации Беларуси. Поэтому сегодня вдвойне будет интересно услышать, насколько изменилась Беларусь по прошествии трех-четырех лет. К этому остается добавить, что, будучи еще в Словакии, Яна стала одним из организаторов кафе «Бабель».

Яна Кобзова: Я очень рада, что я в Беларуси, где не была уже четыре года. Могу сразу отметить, что многое здесь изменилось. В первую очередь, погода стала лучше. Когда я была здесь в марте, было очень холодно. Сейчас погода лучше – как в Лондоне. Меня попросили рассказать о Европе, Восточной Европе и об отношениях между Европейским Союзом и Беларусью.

Когда я работаю и пишу статьи, я постоянно задаю себе один и тот же вопрос – почему ЕС заботится о своих соседях? И даю себе логический ответ на него – потому что мы географические соседи. Действительно, мы не можем игнорировать друг друга в вопросах торговли, безопасности, а также процессов, происходящих внутри каждой из стран-соседей. Процессы, происходящие внутри этих стран, оказывают непосредственное влияние на соседей, как с запада, так и с востока. И ЕС довольно ловко удается рационализировать свои отношения со странами-соседями на востоке и юге. Для этого существует Европейская политика добрососедства. Прошло уже 10 лет с того времени, как она появилась.

Идея Европейской политики добрососедства (ЕПД) достаточно проста. Она заключается в продвижении сотрудничества и конвергенции (постепенного сближения политических, экономических и социальных систем). Я думаю, многие согласятся с важностью сотрудничества, но в то же время многие зададут вопрос, почему стоит работать над конвергенцией. Зачем стремиться к тому, чтобы сделать наши политические, экономические и социальные системы похожими?

Есть две причины. Первая связана с тем, что европейская экономическая система (социально ориентированная рыночная экономика), политическая система (электоральная демократия), а также социальная система считаются успешными. Европейцы верят в то, что эти модели работают и что другие нации захотят перенять эти модели. В реальности это всего лишь предположение, которое не всегда работает. Европейцы также верят в то, что если системы разных стран похожи (например, экономические системы), то торговля становится более интенсивной и вести бизнес становится проще.

Вторая причина более прозаична. Европейский союз – это достаточно большое образование для того, чтобы диктовать остальным правила игры. Возможность диктовать правила игры касается не политики, а экономических отношений и торговли. Рынок ЕС является результатом активности 500 млн человек. ЕС решает, какие товары и продукция получат доступ к европейскому рынку, а какие не получат по причине несоответствия европейским стандартам. Это очень важно для стран, которые хотят экспортировать свою продукцию в ЕС. Таким образом, Европейский Союз может диктовать правила игры в торговых отношениях. Именно поэтому существует множество торговых соглашений между ЕС и странами-соседями, так как торговля представляет взаимный интерес для обеих сторон. В то же время ЕС устанавливает множество различных стандартов и критериев для осуществления торговли.

Мне бы хотелось сейчас вернуться к вопросу продвижения сотрудничества и конвергенции, но важно отметить, что именно ЕС диктует стандарты в отношениях со своими ближайшими соседями. Итак, 10 лет назад ЕС создал политику добрососедства для всех своих соседей. И позже, чтобы улучшить отношения с восточными соседями и предложить им больше, ЕС разработал политику «Восточного партнерства».

Восточное партнерство (ВП) представляет собой широкую рамочную программу сотрудничества ЕС и шести стран Восточной Европы. ВП является частью политики добрососедства. Идея ВП заключается в продвижении сотрудничества и оказании помощи странам Восточной Европы (ВЕ) в политической, экономической и социальной трансформации. У ЕС была надежда, что, участвуя в ВП, страны-партнеры откажутся от коммунистического прошлого и приблизятся к Европе. Прошло 10 лет. И многие задумываются, увенчалась ли политика добрососедства успехом.

В ЕС есть разные мнения на этот счет. Пессимисты скажут, что ЕПД потерпела крах, и приведут несколько печальных примеров. Первый – торговля так и не была либерализована ни с одной из шести стран-партнеров по истечении 10 лет. Некоторый прогресс наблюдается в отношениях с Украиной, Молдовой и Грузией, но в целом в регионе так и не были упразднены барьеры для торговли с ЕС.

Следующей задачей ЕПД и ВП было улучшение управления в странах ВЕ, но коррупция так и продолжает процветать в Украине, а ведение бизнеса практически невозможно на Южном Кавказе. Третья причина провала – ни одну из шести стран-партнеров нельзя отнести к демократическим режимам.

Четвертая связана со свободным передвижением людей. На сегодняшний день граждане всех шести стран – участниц ВП должны получать шенгенскую визу. К этим причинам прибавляется и кризис внутри самого ЕС: экономический кризис и кризис евро. Лидеры стран ЕС сейчас заняты тем, как бы справиться с экономическим кризисом у себя в странах. Эти проблемы ЕС вызывают большой интерес у стран-соседей.

Многие страны ВЕ разочарованы политикой добрососедства ЕС. Получается, что такие страны, как Украина, в надежде присоединиться когда-нибудь к ЕС, добросовестно выполняли требования ЕС в процессе своей трансформации, но в результате не получили никакого обещания о членстве.

А вот оптимисты скажут, что все не так уж плохо, и что ЕС и страны ВЕ на правильном пути. Подумайте, трансформация ведь не происходит за ночь. Действительно, торговля не была либерализирована, но, согласитесь, она стала гораздо интенсивней, чем раньше. Существует высокая вероятность того, что Грузия, Молдова и Армения подпишут с ЕС новое политическое соглашение, которое приведет к более тесному политическому и экономическому сотрудничеству. Меня приятно удивляет тот факт, что ЕС в рамках своей внешней политики стремится устранить торговые барьеры в отношениях с третьими странами, несмотря на то, что в Европе, в отдельных странах, существуют протекционистские настроения.

С одной стороны либерализации визового режима с ЕС пока еще не произошло. Но с другой стороны, если Украина и Молдова все-таки выполнят технические условия ЕС, через несколько лет граждане этих стран будут путешествовать по ЕС без виз. Представляете, в перспективе 40 млн человек, путешествующих по ЕС без визы. Для Евросоюза это станет большим достижением, так как сегодня в Европе растут проявления ксенофобии. Есть европейцы, которые наоборот выступают за усиление границ с третьими странами.

Анализируя то, что говорят пессимисты и оптимисты, мы, возможно, решим, что правда находится посередине. Ведь по окончании этих 10 лет стало понятно, что дело не только в том, что ЕС предлагает странам-соседям, но и в том, видят ли правительства этих государств и их граждане какую-либо пользу для себя в том, что предлагает ЕС. И я думаю, что именно это отношение определяет, добились ли страны успехов в процессе трансформации и в отношениях с ЕС.

В Молдове и Грузии, например, среди населения преобладают проевропейские настроения, а правительство всегда включает европейские вопросы в политическую повестку дня и постоянно продвигает их. И, может, ЕС стоит задуматься над тем, каким все-таки должно быть предложение, чтобы правительства и граждане стран-соседей действительно заинтересовались им. И на это счет у меня есть шутка. Собрались три генерала, русский, немецкий и американский, чтобы поспорить, чья армия самая лучшая. Русский генерал говорит: «Русская армия самая лучшая. У нас лучшая боевая техника, у нас есть ядерное оружие, а солдаты получают четыре тысячи калорий в день». Немецкий генерал смотрит на него и отвечает: «Хорошо, пусть у нас нет ядерного оружия, но у нас программа подготовки солдат намного лучше, у нас замечательные солдаты, которые получают шесть тысяч калорий в день». Американского генерала это все изрядно повеселило, и он сказал: «Неужели есть еще кто-то, кто сомневается в том, что американская армия лучше всех? Я вас умоляю. У нас есть не только ядерное оружие, но и отличная программа подготовки солдат, великолепная боевая техника, и наши солдаты получают восемь тысяч калорий в день!» Услышав это, русский генерал вскакивает с места: «Но этого просто не может быть! Никто не может съесть столько картошки!»

Мораль этой шутки заключается для ЕС и его соседей в том, что дело не в количестве, а в качестве. Конечно, ЕС намного легче работать с проевропейски настроенными странами. Дело обстоит совсем по-другому со странами, которые постоянно противоречат ЕС в том, что они говорят и делают. С ними работать трудно. И Беларусь входит в их число.

Действительно, до этого ЕС постоянно развивал отношения с соседями, которые хотели быть похожими на ЕС и стремились к членству в нем. Такие отношения в свое время были у ЕС со странами Центральной Европы. Я, как вы знаете, из Словакии. Словацкое правительство постоянно стучалось в европейские двери, говоря о том, что оно справилась с выполнением взятых на себя обязательств, чтобы вступить в ЕС. Но таких стремлений в странах Восточной Европы нет. Верно, в рамках политики добрососедства ЕС не предлагает возможность членства, но и страны ВЕ не горят желанием вступить в ЕС. И в такой ситуации ЕС иногда просто не знает, что предложить странам ВЕ, поскольку механизмы и политика работы со странами Центральной Европы не работают в Восточной Европе.

Молдова почти всегда готова откликнуться на предложения ЕС и провести, к примеру, определенные экономические реформы, потому что она хочет стать членом ЕС. Но пример Молдовы не распространяется на другие страны. ЕС быстро находит общий язык с теми, кто любит ЕС, и не находит его с теми, кто его не жалует. И для меня это выглядит парадоксально. Ведь ЕС был создан в результате диалога врагов, стран, которые тысячелетиями воевали друг с другом, – Германии и Франции. Возобновляя свой диалог в конце Второй мировой войны, они не договорились сразу создать единую валюту или единую политику безопасности, а начали с базовых вещей. Их диалог оказался успешным и долгосрочным, потому что они выбрали те сферы сотрудничества, которые приносили пользу обеим странам, такие как промышленность, уголь и сталь.

Сферы сотрудничества не должны вызывать противоречивые интересы у сторон, а быть преимуществом для каждой из стран-партнеров. А вот что касается отношений ЕС и Беларуси, у меня создается впечатление, что здесь принципы диалога вообще не выполняются. ЕС постоянно говорит о том, чего хочет ЕС, а Беларусь постоянно говорит о том, чего хочет Беларусь. И мы практически никогда не обсуждаем то, что мы могли бы делать вместе. В итоге выходит, что мнения Европы о том, что хорошо для европейцев, не совпадают с мнениями внутри Беларуси о том, что хорошо для беларусов. И наоборот, предложения Беларуси по вопросам сотрудничества с ЕС не всегда симпатичны ЕС.

И что мы имеем на протяжении многих лет? Мы имеем то, что в Европе практически ничего не знают о Беларуси и беларусах. А ведь знания друг о друге и есть залог развития отношений между ЕС и Беларусью. Нам стоит уже начать более глубоко интересоваться друг другом, открыться друг другу и вести диалог не только на уровне политиков, но и бизнеса и общества в целом. Теперь, европейские политики и граждане, возможно, скажут, если их спросить о Беларуси, что это страна между Польшей и Россией. Сравнительно небольшое количество европейцев путешествуют в Беларусь, и наоборот. Если я подойду к беларусам и спрошу у них что-нибудь о ЕС, для чего он, и почему Беларуси интересно с ним сотрудничать, немногие смогут ответить мне на эти вопросы. Но сейчас я завершаю лекцию, и готова ответить на ваши вопросы.

Pages