Барбара Штайнер
171  
Лекция3 сентября 2012
Зачем нужно было затевать арт-проект о Европе?
В своей лекции Барбара Штайнер рассказала о том, каким образом кураторы и художники проекта "Europe (tothepowerof) n" проверяют на прочность общепринятые мнения, представления и суждения о Европе.

Страницы

Меня пригласил Институт имени Гете, и с самого начала мне было понятно, что говорить о Европе с некой одной перспективы невозможно. Сейчас я нарисую схему, чтобы объяснить это.

06_0.jpg

Это (рисует) центральное отделение Института им Гете, у которого есть масса филиалов в разных странах (рисует). В нашем случае речь идет о пяти региональных институтах и, я не знаю точное количество, несколько локальных институтов, как, например, в Минске, который соотносится с региональным в Москве. Как я уже сказала, мне казалось неправильным говорить о Европе исходя из одной перспективы, поэтому я искала коллег, которые работали в похожем направлении и уже делали проекты на подобную тему. Я пригласила Peio Aguirre, Kit Hammonds, Tone Hansen, Esra Sarigedik Öktem, Miško Šuvaković, Jun Yang, Ane Hjort Guttu, Filip Luyckx, Lena Prents, Jarosław Lubiak / Joanna - людей, работающих по-разному, имеющих различное образование, принадлежащих к разным поколениям. Так, возрастная разбежка была от 25 до 75 лет.

Важно было так же и то, что всех их интересуют не исключительно вопросы эстетики и искусства, но и другие общественные области: политика, экономика, генетика, вопросы образования. Итак, я пригласила группу кураторов (рисует). Кроме того существует команда, которая занимается общими вопросами организации и проведения этого проекта в разных местах, коллеги, которые работают над визуальной идентичностью, например, наш дизайнер Оливер Климпель, и над так называемой пространственной идентичностью проекта. Есть также интернет-проект, связанный с нашим проектом, которым занимается пять человек (рисует).

07_0.jpg

Я озвучила много фамилий, но это далеко не все участники проекта. Люди, которых я пригласила, работали над этим проектом не в одиночку, они искали коллег. Например, в Польше куратор предложил еще двоих кураторов, которые теперь находятся в центре проекта. Все эти кураторы были приглашены для того, чтобы сделать три следующих друг за другом сценария на тему того, как можно думать о Европе. В области искусства думать, значит, практически размышлять. Вы видите, каждый из кураторов разработал три сценария. Соответственно, 10 кураторов, следовательно, 30 сценариев.

Почему 30? Наверное, все знают фильм «День сурка», главный герой которого Фил Коннорс вынужден из раза в раз просыпаться в тот же день. Сначала он очень рад этому, он отдается всем возможным радостям жизни, отваживается делать то, на что раньше не решался. Но постепенно герой приходит в отчаяние, даже пытается покончить жизнь самоубийством. В результате он по-новому начинает расставлять приоритеты в своей жизни. В этом фильме для меня было интересно осмыслить феномен повторений, который я попыталась перенести в проект о Европе. Повторение не означает повторение без изменений. Изменения происходят, возникают ответвления, потому что прошлое обладает потенциальными возможностями, которые в какой-то момент не были реализованы. В отношении Европы это значит то же самое, как если бы мы рассматривали различные варианты развития событий в Европе, и у нас была возможность что-то переформулировать, что-то исправить. Цифры – 1, 2, 3 – однозначно указывают на серию, то есть это проект, который может продолжаться.

Лена уже сказала что, этот проект начался в Лейпциге. Это был первый «сценарий». Почему в Лейпциге? Ведь этот город связан с Европой не больше и не меньше, чем другие города. На то были две причины. Первая причина – банальная: в то время я была директором Музея современного искусства в Лейпциге. Вторая причина не так банальна: это само здание Музея. Его особенность заключается в том, что оно обладает мобильными стенами, здесь невозможно создавать изолированные пространства, каждое пространство так или иначе будет связано с другим.

08_0.jpg

Позже я еще вернусь к плану здания. А сейчас мне бы хотелось подробнее рассказать о сценариях.

То, что было реализовано в Лейпциге, - это некое абстрактное исследование возможностей. А дальше, уже на втором этапе проекта, в конкретных странах должны быть конкретно реализованы выставки. Это значит, что есть две части проекта: «сценарии» в Лейпциге и реализация «сценариев» с учетом культурной и локальной специфики того или иного места, в котором будет реализовываться выставка.

Теперь о том, почему выбран формат «сценария», почему, на наш взгляд, такой формат интересен для художников. Техника сценария используется в различных областях – политике, экономике, даже в исследовании климата, и означает, что мы можем размышлять и разрабатывать возможные пути развития, предполагать о том, как все это может выглядеть в будущем. Это в большей степени футуристическая, фиктивная конструкция. И это как раз то, что интересует художников: представить себе некие альтернативы тому, что существует. То, что художников вообще не интересует, это определенные строгие методы, инструментарий, последовательность и конкретность.

Был довольно большой спектр взглядов на то, что может быть сценарием, а что нет. Взаимоотношения между кураторами и художниками строились по принципу высокой степени открытости.

09.jpg

Польский художник Янек Симон (Janek Simon), например, предложил сценарий «Польская миссия в Ауровиле», в котором он задавался вопросом, что случится, если польские художники, отличающиеся пессимизмом и мрачным восприятием действительности, на месяц отправятся в этот индийский город, в котором люди живут по законам гармонии и светлого умонастроения. Будут ли люди в этом городе заражены пессимизмом польских художников, или, наоборот, польские художники спустя месяц вернуться домой в просветленном состоянии? Нужно сказать, что Симон в своем проекте подчеркивает, что пессимизм в Польше - это явление, которое можно обозначить с одной стороны, как культурную технику, с другой, оно специально подчеркивается и культивируется художниками.

Еще один проект «сценария» предложила английская художница Мелани Джиллигэн (Melanie Gilligan), которая разработала свое представление о будущем, нужно сказать, довольно мрачное. А именно: она показала общество, в котором люди целиком и полностью подчинены потребностям капитала, и все ориентировано на то, чтобы обслуживать эти потребности. Например, если человек не функционирует и не приносит пользу, то он не только исключается из общества, но под угрозой находится его физическое существование. Например, художница продемонстрировала специальные продукты питания, которые слишком толстых, ставших непродуктивными, людей, съедают изнутри, а если в таком обществе человек задолжал, то он должен отдавать долги своей физической энергией.

То, что у нас получилось, было очень неоднородно и гетерогенно, это отмечали и посетители. Но были темы, которые соединяли эти отдельные проекты между собой. Например, такие как сообщество, единство, формы организации совместной жизни людей, соотношение общества, сообщества и индивидуума и др. - все эти темы образовывали некую рамку для этого проекта.

Сейчас мы снова вернемся к зданию. Я говорила о его мобильных стенах, которые давали возможность, с одной стороны, создавать индивидуальные кураторские пространства, с другой, эти пространства постоянно вступали друг с другом в диалог.

Страницы